История

Украинский Зеленый Клин, или земли над Тихим океаном, оспариваемые Россией

В начале ХХ века на Амур и Раковку прибывают театральные трупы и предприимчивые издатели газет, открываются украинские лицеи и библиотеки, «Украинский клуб» функционирует даже в маньчжурском Харбине. Во Владивостоке украинские студенты создают свою организацию, везде процветают локальные отделения «Просвиты», или же образовательные общества, географы в Санкт-Петербурге дискутируют, или можно вводить термин «Дальневосточная Украина».

Игры, направленные на ослабление вражеского государства путем организации на его территории очагов нестабильности – стары, как мир – а чем ярче выражен их многонациональный империалистический характер, тем легче привести в действие противостояние общества внутри страны. Такой игры не гнушались английские короли во время Столетней войны и Габсбурги, завоевывая Европу.

. Британцев – которые во время «Большой Игры», проводимой с Россией в Средней Азии на протяжении всего XIX ст., и смогли ослабить влияние российских самодержцев, поддерживая бунты и восстания от Кавказа до Памира – можно четко назвать именем „прометеистов avant la lettre”, если бы не факт, что московиты использовали те же технологии, финансируясыновьям Альбиона повстанческое движение разных племен от Персии до Индии.

Однако поляки имеют особенный опыт в восприятии судеб народов, угнетаемых российской империей, и поддержки их на пути к независимости. «Прометейское движение» является частью многолетнего наследия II Речи Посполитой, даже если потенциалы разных, вовлеченных в него народов, были различными: более значимым в «прометейском движении» было участие украинских деятелей, чем деятельность представителей немного забытого сегодня башкирско-татарского Идель-Урала, поволжской государственной эфемеры с 1918 года.

Но то, что могли себе позволить Габсбурги и Виндзоры, сегодня невозможно – и организация локальных беспорядков, дипломатическая или тем более военная помощь для локального сепаратизма сталкивается с осуждением и нескрываемым страхом. Инициативы России в Осетии, Приднестровье, в Крыму или на Донбассе оцениваются однозначно, и кроме диктаторов третьего мира не будут иметь много последователей.

Русские украинцам: отдайте Львов!

Пакт Риббентропа-Молотова признан в Украине причиной Второй мировой войны. Москва в ярости.

узнать больше
То, что сама Россия с таким большим желанием пользуется технологиями поддержки сепаратизма и «исторических территориальных стремлений», распространив свое влияние на десятки спорных земель и народы, которые в дальнем или близком прошлом стремились к автономии или самостоятельности, в зависимости от настроений общества, можно посчитать бравадой или обозначить неприличным словом. Никто из ее оппонентов не намеревается сегодня нести бремя «промметеистов». Историки и картографы, однако, как и весь мир, обеспокоены новым местом действия московского империализма. На волне черного юмора не раз упоминаются очередные территории, о которых иногда мог бы вспомнить кто-то из авантюристов. Кое-кто в этом контексте вспоминает о вековых амбициях карелов, и многочисленных мусульманских народах, эти последние же упоминают о древних украинских землях… на Амурпе.

Четыре цвета казачьих хуторов

Это не такой уж абсурдный постулат, как можно себе вообразить – и уж не сильно лишен правовых основ. Действительно, во времена империи Романовых эмиграционные потоки с малороссийских земель того времени имели место на разных направлениях и Киев не имел возможности предъявлять какие-либо претензии. Во- первых – это были перемещения самого разного характера – от сибирских ссылок, применяемые как репрессии через индивидуальную смену места проживания в пределах одного государства вследствие профессиональных или личных причин до массового переселения колонистов. Выше сказанное можно воспринимать всерьез, но только при реальном отличии малороссийских крестьян по языковым и традиционным признакам, а в их случае трудно говорить о вполне сформировавшейся национальной идентичности. Во-вторых, этих «колонизаций плодородных земель», иногда, часто спонтанно поддерживаемых государством, было большое множество, поэтому крестьяне с берегов Днепра обычно в течение одного поколения сливались с иными прибывшими и становились «обрусевшими». Историография красивым языком вспоминает о четырех похожих поселенческих клинах ХVIII, а иногда XIX века.
Украинская демонстрация во Владивостоке в 1917 году. Фото Wikimedia/ http://kobza.com.ua/doslidzhennja/4225-henotsyd-abo-chomu-znykaiut-ukraintsi-na-neosiazhnykh-prostorakh.html
И так, был тянущийся на запад, Малиновый Клин на Кубани, на реке с таким же названием, как на Северном Кавказе. Интересно то, что туда стремились попасть два потока переселенцев, сначала вовсе непохожие: казаков и крестьян. Первые со временем стали доминировать над теми другими, оттуда культура, постройки и группы кубанских казаков, особенно очаровавших специалистов по Латинской Америке.

Далее на восток раскинулся Желтый Клин, очевидно хронологически самый древний: на волжских желтых песках (отсюда название) российские цари стали селить казаков уже в середине ХVII столетия, вскоре после Переяславского мира. К казакам присоединились купцы, особенно так называемые чумаки, торгующие черноморской солью (нагруженный мешком соли вол до сегодняшнего дня виден на гербе города Энгельс, ранее Покровская Слобода), затем крестьяне. До сих пор много украинских поселений можно найти в пригородах Астрахани, Волгограда (тоже название изменено), Саратова или Самары.

Серый Клин – это ряд украинских поселений на южно-западном рубеже Сибири и северного Казахстана со второй половины ХІХ века. За этой колонизацией стоит российское государство, особенно во времена столыпинской реформы, что прекрасно описал Ежи Рогозинский в своей последней книге, рассказывающей о поселениях в «Больших Степях» во времена Столыпина и Сталина.

И наконец, Зеленый Клин: самый длинный, приблизительно в один миллион километров, тянущийся прежде всего на север от нижнего Амура, между землями якутов и китайской Маньчжурией, что в свою очередь положило начало первому исторически украинскому определению этих территорий: казаки и крестьяне называли его «Закитайщиной», что означает «земля аж за китайцами».

Однако в момент, когда рядом с казацкими станицами стали появляться очередные села, или же под конец ХIX века Закитайщина стала Зеленым Клином.

Малороссийские села над Амуром

Появилось их бессчетное количество, особенно когда в 1882 году губернатором Павлом Унтербергером была инициирована бесплатная перевозка морских поселенцев: судна отплывали непосредственно из Одессы, чтобы через - такая мелочь! – Дарданелы, Средиземное море, Суэцкий канал, и Индийский океан, причалить во Владивостоке… До 1905 года на Дальний восток перебралось, по подсчетам украинских историков, более 100 тыс. переселенцев с украинских губерний, в течении следующих 10 лет еще 150 тыс. Цвели яблони, рождались дети, и если бы не считать у порога большой войны участие малороссиян/украинцев в надамурской популяции составляло 65% популяции. Российские историки не замечают этих цифр, а более ярые украинцы говорят о трех четвертых всей популяции.
Посадка на теплоход "Херсон" в порту Одессы перед путешествием на Дальний Восток, 1903. Фото https://commons.wikimedia.org/w/index.php?curid=1365345
Популяция – это подходящий термин, потому что до 1905 года трудно говорить о выразительных национальных отличиях. Всеми забытый российский языковед и репортер Владислав Ильич-Свитыч описывает по-настоящему Усурийск, один из самых больших городов региона, как малороссийское село, но собственно село, а не город. Главная улица носит название от имени популярного украинского святого, Никольская, на ней белые побеленные хаты, часто покрытые соломой, над рекой Раковкой – мельница, вечером доносится пение… «Кажется, что словно находишься в Миргороде из рассказов Гоголя» - делает вывод Свитыч. Если бы там оказался корреспондент из Польши, то наверняка, увидел бы там сцены, как на картинах Яна Станиславского.

Все это изменилось, как и везде, после революции 1905 года, которая установила права на употребление национальных языков в преподавании и в печати, а также представляла собой политическое потрясение. На Амур и на Раковку прибывают театральные трупы и предприимчивые издатели газет, открываются украинские лицеи и библиотеки, «Украинский клуб» функционирует даже в маньчжурском Харбине. Во Владивостоке украинские студенты создают свою организацию, везде процветают локальные отделения «Просвиты», или же просветительские общества, географы в Санкт-Петербурге дискутируют, или можно вводить термин «Дальневосточная Украина», популярным становится каламбурная игра слов «украина/окраина», а это ведь по-русски (также и по-польски) «земли, лежащие на пограничье». Однако все это лишено каких-нибудь серьезных политических амбиций.

Аж до наступления апокалипсиса. Или революция и распад государства.

В то время на территории упадочной империи зародилось несколько сот национально-освободительных движений, а украинское было одним из самых мощных. Стремления к независимости, имеющее место на коренных украинских землях, полякам знакомы не понаслышке, от варианта союза с Петлюрой до спорного территориального вопроса (Западноукраинская Народная Республика, ЗУНР). А ведь это были только два самых важных из многочисленных украинских политических движений за независимость в период 1917-1921, входящих в переменные и короткие союзы или конфликты с коммунистами-центристами, коммунистами-украинистами, многочисленными белогвардейскими формированиями, а также с национально-освободительными движениями других народов.

Независимая Украинская Республика Дальнего Востока

Роковое увлечение, или почему немцы влюбились в Россию

Hемецкие політики „понимающие Россию”, это лишь верхушка айсберга.

узнать больше
Тоже самое происходило в «клинах». Кубанские казаки в первые месяцы гражданской войны в России были решающей, непостоянной силой, которая металась между созданием краткосрочной Кубанской республики и условной поддержкой советской власти. Станицы Желтого и Серого Клинов также принимали участие в гражданской войне, поддерживая то большевиков, то «белых», то басмачей, то идель-уральцев. Однако наиболее серьезно выглядела ситуация на Амуре.

Наиболее серьезно, ибо за ней стояла наибольшая сила, и не только военная. Более чем 50-тилетняя история переселенцев и десятилетия либерализации привели к тому, что появились многочисленные общественные структуры: школы, кооперативы, сельхозобъединения. Это от них происходят локальные элиты, которые, как и все общество после Февральской революции, начинают организовываться. Вначале речь идет просто о создании какой-то локальной политической организации, предпосылкой этого был «I Обще-Украинский Конгресс Деятелей и Общественников Дальнего Востока», созванный в июне 1917 года.

Но уже через полгода, в январе 1918 года, участники, собравшиеся в Хабаровске на втором уже конгрессе (в этот раз был это «Всеукраинский Конгресс Дальнего Востока») серьезно взывают к властям Украинской Народной Республики о форсировании в переговорах с большевиками вопроса вхождения Зеленого Клина в состав украинских земель. Никаких шансов на поддержку не было, поэтому через три месяца отчаянные делегаты решают создать независимое украинское государство на берегу Тихого океана и создать Украинскую Армию Зеленого Клина под командованием атамана Бориса Хрещатицкого. Создается правительство, возглавляемое Юрием Глушко- Мовкой, появляются вербовочные комиссии…
Премьер-министр Юрий Глушко-Мовка и атаман армии "Зеленый клин" Борис Крещатицкий. Фото: Wikimedia Commons
Конечно, украинское политическое движение не было единственным в это время. На Дальнем Востоке в течение длительного времени действовали «белые» сторонники возрождения предреволюционной России: судьбы этих территорий имеют большую трагическую эпопею, с такими героями как преданный и выданный большевикам адмирал Колчак, солдаты Чехословацкого Корпуса или яркая личность барона Романа фон Шненберга, ставшего предметом вдохновения авторов многих сенсационных повестей и рассказов. Реально из «белых» дольше всего продержался на Дальнем Востоке (в какой-то части благодаря поддержке японцев) не менее яркий казачий атаман Григорий Семенов. Амбиции украинцев воспринимал негативно, однако у него не было сил, чтобы открыть еще один фронт: поэтому формирования Зеленого Клина действовали, как и все вооруженные формирования на этих территориях, в разгоревшейся на бескрайних сибирских просторах гражданской войне аж до осени 1922 года, с каждым разом все больше маргинализированные большевиками, как и последние «белые» формирования под командованием генерала Михаила Дитерихса.

После того, как Москва окончательно взяла под свой контроль эти земли, участие украинцев в войне значительно упало. Уже в 1926 году во время первой советской переписи населения, они становили всего 25% от общего числа населения. Этому поспособствовала организованная советами «репатриация» ненадежного элемента, заселение Забакалья новыми группами переселенцев и политические репрессии. Были это только первые годы новой власти – поэтому приговоры были довольно мягкими: сам премьер Юрий Глушко был приговорен всего к трем годам заключения, несмотря на то, что его обвиняли в попытке «отделения Дальнего Востока от СССР» .
Флаг Зеленого Клина. Фото: Argenciy - Wikimedia Commons
Тот же Глушко не сложил оружия: в 30-е годы под измененным именем выехал в советскую Украину, закончил (в возрасте 50 лет) политехнический институт и смог наладить связи со сторонниками независимости, а осенью 1941 года вошел в состав эфемерной Украинской народной Рады в Киеве, которая просуществовала не больше месяца, после чего была распущена немцами, которые испугались ее растущей популярности. После Зеленого Клина остался флаг, по форме похожий на чешский, дословный вид: к желто-голубому цвету Украины добавлен … зеленый клин. Сегодня это всего лишь хобби вексиллологов, но кто знает, какой бы была реакция Кремля, если развернуть его хотя бы на минуту на Красной Площади?

– Войцех Станиславски

– Перевод: Лариса Верминьска
Главное фото: Этнолингвистические группы в Российской империи (1897). Темно-желтый (украинский) в правом нижнем углу карты. Фото: Altes - demoscope.ru, CC BY-SA 4.0
узнать больше
История wydanie 5.08.2022 – 12.08.2022
Речь Посполитая как кусок сыра для дележа
“Съедим евхаристический хлебушек, то есть Польшу”, - писал король Пруссии Фридрих II. Манифест секретной конвенции разделителей начинался словами: “Во имя Святой Троицы!”
История wydanie 29.07.2022 – 5.08.2022
Лицей Кременецкий
Только обучение: 12 000 видов растений в саду, учебники из Лондона, физические приборы из Парижа - все оплачено зерном Волыни.
История wydanie 29.07.2022 – 5.08.2022
Варшавский университет – немецкая цитадель
Диспропорция вооружения была на столько огромной, что силы VIII Группировки уже в момент начала восстания были обречены на поражение.
История wydanie 22.07.2022 – 29.07.2022
Как сохранить документы Варшавского восстания?
Состояние оцифровки в польских архивах остается на уровне одного процента.
История wydanie 15.07.2022 – 22.07.2022
Kак обойти царские запреты? Полосатая форма и регаты
Первый сбор на реке Висла в две шеренги после январского восстания - в рядах гребцов.